Сон. Ранняя весна, хожу с мамой по полю, на душе муторно, неспокойно, маюсь. Мама не выдерживает и говорит : ” Катя, ну не переживай! Спроси лучше у тех, кто уже умирал, как это происходит”. Картинка переключается, я с сыном на взлетной полосе, справа от меня самолёт. Он старый и ненадежный, кажется что вот- вот развалится. Я не уверена, что мы на этом самолёте долетим и не разобьёмся. Меня успокаивает, что мой ребёнок со мной. Если что-то произойдет, то все равно мы вместе. Уходим ожидать объявления нашего рейса и оказываемся на родительской кухне. Ждём, рейс не объявляют. Выхожу посмотреть, что с самолётом и понимаю, что он улетел без нас. Приходит осознание, что во всем виноват мужчина- пилот, который специально втихую улетел. Обида гложет меня. Я беру бумагу и начинаю писать претензии в адрес пилота. Но у меня ничего не получается. Беру бумагу за бумагой, но буквы не ложаться и письмо так и не выходит. В это время на кухне появляется моя тетя, она в реальной жизни живёт в Минске. И у меня приходит понимание, что я сейчас нахожусь в Минске. А уже вечер и скоро будет последняя маршрутка до моего города, на нее надо успеть. Но моя тетя меня останавливает и даёт понять, что мне не нужно уезжать. Я прошу ребёнка собрать с пола все мои неполучившиеся письма и выбросить в мусор. Он так и делает. Выхожу из квартиры, передо мной открываются виды Минска, просторные улицы, многоэтажные красивые высотки. Мне так хорошо и свободно дышится, чувство лёгкости, полета, свежести воздуха! Я дохожу до большого перекрёстка и оборачиваюсь назад посмотреть, где моя тётя. Вижу, что она идёт за мной. В одной руке она несёт мою дамскую сумочку ( у меня на самом деле такая в жизни), в другой точно такую же свою. Ещё чуть поотдаль от нее идёт ещё кто- то, они тянут сумки с моими вещами, но я не рассмотрела, кто это. Я же иду налегке, в руках ничего нет, знаю, что люди идущие за мной сами за меня все сделают. Сзади с левой стороны подходит мой с работы кадровик, смотрит на навигатор и рукой показывает, что мне туда, на Минский железнодорожный вокзал. Мы переходим дорогу и тетя заводит меня в подъезд многоэтажного жилого дома. Сама остаётся на первом этаже. А я поднимаюсь по лестнице вверх, дойдя до первого пролета встречаю мужчину с темными волосами и смуглой кожей, думаю, на нерусского похож и просыпаюсь.
Присоединиться
Екатерина
Напишу вам свое видение сна. Буду рада любому вашему комментарию и мнению. Ходить по полю и маяться это переживать из- за предстоящих в жизни перемен. О грядущих переменах четко говорят слова мамы про смерть. Смерть это окончание одного периода в жизни и начало другого. Эпизод с самолётом и пилотом это фрагмент из жизни, когда меня муж бросил с ребёнком. Самолёт ( семейное счастье) было хлипким и ненадежным. Муж втихую сбежал и нас с собой не взял. Многочисленные письма, которые я пыталась писать это накопленные за годы обиды, которые высказать так и не получилось, муж их не услышал. Самый интересный эпизод это про Минск. Действительно моя тетя там живёт. Видимо , она будет настаивать, чтобы я туда приехала и там осталась. Переезд будет организован кем- то другим, у меня даже голова болеть не будет по этому поводу ( я шла налегке, в руках ничего не было, тетя несла мою элегантную дамскую сумочку, следом кто- то тянул сумки с моими вещами). Появившийся сзади с левого плеча кадровик указал мне направление на Минский вокзал. Так как наша головная организация находится на самом деле в Минске, это может показывать перевод по работе. Тетя меня подвела к многоэтажному жилому дому и завела в подъезд. Сама осталась внизу, а я пошла по лестнице вверх, где встретила мужчину. Здесь мне не совсем понятно, лестница в подъезде, скорей всего, связана не с темой работы, а с темой личных отношений. Видимо, моя тетя как- то поспособствует этому.
Екатерина
Уважаемые участники форума, хочу у вас спросить следующее. Когда я поднималась по лестнице, я прошла только один пролёт, то есть полэтажа, до встречи с мужчиной. Как бы вы истолковали эти » полэтажа» ? Это полгода, полмесяца?